Featured

Молодые да ранние: сильные и слабые стороны нового поколения казахстанской элиты

Два ключевых назначения нынешнего года – первого заместителя председателя партии «Нур Отан» и министра труда и социальной защиты – четко обозначили приверженность высшего руководства страны тренду на омоложение политического и управленческого аппарата в Казахстане.

Однако всегда ли молодость является бесспорным преимуществом для управленца высшего звена?

И 47-летний Маулен Ашимбаев, сменивший 57-летнего Мухтара Кул-Мухаммеда на посту первого зампреда партии власти, и 38-летняя Мадина Абылкасымова, занявшая позицию министра труда и соцзащиты вместо «уставшей» 53-летней Тамары Дуйсеновой, относятся к категории блестящих перспективных чиновников, взращенных в парадигме современной казахстанской политической системы.

Предполагается, что молодое поколение казахстанских чиновников обладает неоспоримыми преимуществами перед своими более зрелыми предшественниками – они не отягощены «советским прошлым» и устаревшими управленческими стереотипами, лучше образованно – как правило, молодые казахстанские чиновники, если даже они не имеют базового западного образования, получили дополнительную степень магистра зарубежного вуза – наконец, они априори считаются более креативными, технократичными и лучше вписывающимися в реалии цифровой экономики.

Первые инициативы молодых назначенцев вполне соответствуют этим представлениям. Так, Мадина Абылкасымова, едва вступив в новую должность, представила в Мажилисе проект закона, в котором, к примеру, предусмотрено создание виртуальных центров занятости - единой онлайн-платформы по всем вакантным рабочим местам и всем населенным пунктам. Помимо этого безработные теперь смогут общаться с центрами занятости через информационно-коммуникационные технологии или мобильный телефон.

Впрочем, на депутатов и общественников, присутствовавших на презентации, эти цифровые фишки, придуманные командой нового министра труда, не произвели вау-эффекта. К примеру, такой «обломок доцифровой эпохи» как глава республиканской ассоциации горнодобывающих и горно-металлургических предприятий Николай Радостовец призвал Абылкасымову отозвать сырой законопроект. По мнению опытного общественника, документ в его нынешнем виде не способен решить вопросы с трудоустройством, поскольку содержит только отчетность и мониторинг, в то время как стимулы для самозанятых выйти «из тени» в нем не прописаны.

А спикер Мажилиса Нурлан Нигматулин и вовсе без обиняков заявил «дебютантке», что собравшиеся не поняли и половину из сказанного министром. Таким образом, поколенческий разрыв может сыграть злую шутку с молодыми назначенцами.

Несомненным преимуществом молодых управленцев считается наличие западного образования, которое предполагает также свободное владение английским языком. Трудно не согласиться с тем, что отсутствие или невысокий уровень языковой подготовки является слабым местом старшего поколения казахстанской элиты, маркируя ее как «провинциальную».

Во второй части статьи «Коллективный портрет казахстанской элиты» мы приводили данные о количестве выпускников западных вузов и стипендиатов президентской программы «Болашак» среди политических госслужащих в Казахстане. Как оказалось, их не слишком много – 30 или около 11%. Однако они занимают значительные позиции в госаппарате (к примеру, вице-премьер Аскар Жумагалиев, министр юстиции Марат Бекетаев, министр образования науки Ерлан Сагадиев, министр здравоохранения Елжан Биртанов, министр национальной экономики Тимур Сулейменов) и стоят первыми в очереди на высокие назначения – это ярко продемонстрировал пример Мадины Абылкасымовой, имеющей магистерскую степень Колумбийского университета и Школы управления имени Джона Ф. Кеннеди Гарвардского университета. Маулен Ашимбаев также имеет степень магистра международных отношений, полученную в американском университете.

Наличие западного образования, вероятно, предполагает и наличие неформальных связей с западном истеблишменте, что также является преимуществом нового поколения казахстанских чиновников.

В то же время первое, что бросается в глаза при изучении биографии молодых чиновников, так это высокий карьерный старт и отсутствие работы на низовом уровне, что называется, на земле. Если предшественница Абылкасымовой Тамара Дуйсенова имела опыт работы на уровне района – в 90-е годы она работала в Сарыагашской районной администрации (Южно-Казахстанская область), пройдя путь от старшего экономиста до первого заместителя акима, то трудовая деятельность Мадины Абылкасымовой протекала исключительно в стенах центральных государственных органов. Начав карьеру с позиции главного специалиста Агентства Республики Казахстан по стратегическому планированию, в 24 года она уже возглавлял управление управления стратегического планирования Министерства экономики и бюджетного планирования РК. А в 28 заняла ответственную должность заместителя заведующего социально-экономическим отделом Канцелярии премьер-министра. С тех пор статус Мадины Ерасыловны не опускался ниже вице-министерского.

Разумеется, при такой головокружительной карьере новому министру труда не приходилось ни разу сталкиваться лицом к лицу со своей нынешней клиентурой – пенсионерами, безработными, малоимущими получателями социальных пособий. И, скорее всего, она знакома с ними только по отчетам своих новых подчиненных и имеет весьма условное и абстрактное представление об их потребностях и проблемах.

Кстати, отсюда вытекает еще один момент – среди управленцев новой волны все чаще можно встретить «универсальных менеджеров», которые могут получить назначение в любой сфере, поскольку якобы обладают универсальными навыками управления, в ущерб «специалистам узкого профиля».

Самым ярким примером такого «универсального менеджера» можно назвать нынешнего вице-премьера Ерболата Досаева, во время пребывания которого в должности министра здравоохранения в 2004-2006 годах произошло массовое заражение детей в Южно-Казахстанской области вич-инфекцией, после чего он был отправлен в отставку. Примечательно, что после этого трагического инцидента назначение в Министерство здравоохранения начали получать только чиновники с медицинским образованием и соответствующим опытом (если не считать короткого периода пребывания сферы здравоохранения в составе Минтруда и социального развития). Вероятно, это свидетельствует о признание того, что в некоторых сферах общественной жизни универсальных управленческих навыков все-таки недостаточно – нужно ко всему знать и специфику отрасли.

Яркий пример преобладания в руководстве отраслью «неспециалистов» - нынешний состав Министерства образования и науки. Хотя министр Ерлан Сагадиев и имеет опыт руководства Университетом международного бизнеса, в числе его замов нет специалистов, работавших в сфере среднего образования. Один из его замов Бибигуль Асылова – финансист, другой Асланбек Амрин – технарь, возглавлявший несколько лет «Национальное агентство по технологическому развитию». Следует ли удивляться тому, что Министерство образования сотрясают бесконечные скандалы. А решение о масштабном реформировании средней школы посредством внедрения трехъязычия принимается с легкостью людей, знакомых с бенефициарами реформы – детьми школьного возраста – исключительно по статистическим отчетам.

Еще одним слабым местом многих казахстанских чиновников новой волны является отсутствие опыта работы в регионах. И Мадина Абылкасымова, и Маулен Ашимбаев, и еще десяток других молодых перспективных управленцев – к примеру, министр финансов Бахыт Султанов, министр национальной экономики Тимур Сулейменов – провели свою трудовую деятельность исключительно на отполированном до блеска паркете столичных коридоров власти.

Можно предположить, что все эти особенности молодого поколения казахстанской элиты обуславливают некоторую оторванность от «низкой прозы жизни» и «прожектерство» его представителей. Пока их, конечно, подстраховывают старшие коллеги, которые, несмотря на порицаемую сегодня в Казахстане «советскость», имеют и больше опыта работы на земле, и бэкграунд в других сферах, помимо госслужбы. Но по мере продолжения процесса обновления и омоложения казахстанской элиты ее представителям предстоит найти баланс между блестящим образованием и универсальностью и умением разглядеть сквозь строчки чиновничьих отчетов конкретного человека с его конкретными приземленными потребностями.

Жанар Тулиндинова (Астана)

Пресс клуб "Содружество", 23.02.2018

 

Статьи по теме

Это возврат активов или сделка с ворами?

Это возврат активов или сделка с ворами?

More details
Депутат требует запретить банкам, получившим помощь из Нацфонда, выплачивать дивиденды акционерам

Депутат требует запретить банкам, получившим помощь из Нацфонда, выплачивать дивиденды акционерам

More details
Эксперты Комитета против пыток высоко оценивают усовершенствование законодательства Казахстана

Эксперты Комитета против пыток высоко оценивают усовершенствование законодательства Казахстана

More details