Featured

Гиффен шпионил за Назарбаевым

nan_gif27 апреля 2010 судья Уильям Поли выпустил директиву, согласно которой власти США обязаны обеспечить допуск обвиняемого Джеймса Гиффена к секретным документам или представить обоснования относительно того, почему этого сделать нельзя.


Но вряд ли у них есть такие обоснования, иначе они были бы уже давно обнародованы. На протяжении последних лет «Казахгейт» затягивался исключительно методом волокиты, основанием для которой стал специальный закон об использовании в суде секретных документов.


Собственно, в категорию «секретных» попали документы, содержащие информацию, переданную Гиффеном спецслужбам США, либо те запросы, которые спецслужбы передавали ему. Другими словами, Гиффен хорошо информирован о содержании этих документов. Но как вообще в деле о взятках появились «секретные протоколы»? Это предмет отдельного расследования.


Глупость или измена?


Напомним, что 10 января 2005 года защита Гиффена представила в суд так называемый proffer — новые доказательства невиновности их подзащитного. В них утверждалось, что Гиффен своевременно информировал руководство спецслужб США обо всех своих действиях, когда снабжал их информацией разведывательного характера.


С самого начала эта позиция рассматривалась как защитная стратегия, разработанная адвокатами Гиффена. Не отрицая такой возможности, мы тем не менее не считаем это объяснение достаточным. Начнем с того, что судьи в США крайне не любят неожиданных поворотов. Для резкой смены стратегии защиты у адвокатов, делающих такой ход, должен быть серьезный мотив. Очень серьезный. Или им просто несдобровать. Именно поэтому надо сразу отбросить вариант с «блефом». Адвокаты Гиффена — очень серьезные люди.


Познакомившись с судебным досье процесса, которое нам представил Джек Гринберг (см. «Голос республики» от 23 апреля 2010 года), мы можем утверждать, что Гиффен действительно выполнял шпионские функции, информируя спецслужбы США о секретных аспектах внутренней и внешней политики Казахстана (подробнее об этом см. выноску «Секретная часть «Казахгейта»).


То есть, пользуясь своим положением доверенного финансиста президента Назарбаева, Гиффен получал конфиденциальную информацию, которой потом и делился со своими кураторами.


Какая функция была отведена при этом президенту Казахстана Нурсултану Назарбаеву? Фактически — информатора. По некоторым данным, еще в 90-е годы российские спецслужбы предупреждали окружение Назарбаева о том, что Гиффен, мягко говоря, работает не только на него. Но эту информацию в Астане предпочли игнорировать. Куда важнее было иметь Гиффена в качестве источника денег для повышения материального благополучия — собственного и членов своей семьи.


Встречи времен перестройки


У российских спецслужб действительно были основания подозревать Гиффена в шпионаже. Дело в том, что (и это следует из документов судебного дела) Гиффен регулярно информировал спецслужбы США обо всех своих контактах еще со времен своего сотрудничества с СССР.


Но если до второй половины 80-х такие контакты были скорее эпизодическими и малоинформативными, то с началом перестройки количество отчетов резко увеличивается. Так, уже в декабре 1984 года, например, Гиффен написал подробный отчет о своих встречах с Михаилом Горбачевым, заместителем министра внешней торговли Владимиром Сушковым, а также несколькими сотрудниками знаменитого международного отдела ЦК КПСС (наследником Коминтерна) — Владимиром Загладиным, Дмитрием Лисоволиком и Станиславом Меньшиковым.


На этих же встречах присутствовали руководители Международного еврейского конгресса Эдгар Бронфман, Израэль Зингер и Стивен Гербиц. О том, что они действительно имели место, пишет в своих воспоминаниях Станислав Меньшиков, который утверждает, что на них обсуждались перспективы прямого выезда советских евреев.


Какое отношение к этой тематике имел Гиффен, можно лишь предполагать. Но Эдгар Бронфман был чрезвычайно влиятельной фигурой в мировом бизнесе, в том числе владел одно время большим пакетом акций в корпорации Conoco (известной своим участием в серии взяток, выплаченных на счета высокопоставленных чиновников Казахстана).


К слову сказать, будущее у многих из этих участников оказалось весьма непростым. Владимир Сушков уже в 1986 году оказался в тюрьме за откаты, которые он получал за заключенные контракты (человек чуть-чуть опередил «свое» время).


Дмитрий Лисоволик, долгое время возглавлявший группу США в международном отделе (эта группа финансировала деятельность компании США и других близких к ней организаций), выпрыгнул из окна своей квартиры на 14-м этаже 17 октября 1991 года.


Станислав Меньшиков был «просто» уволен из международного отдела спустя две недели после контактов с Гиффеном.


Эдгар Бронфман прославился в 90‑е годы тем, что смог добиться выплаты огромных компенсаций от швейцарских банков в пользу еврейских организаций. Но спустя тридцать лет своего руководства ему пришлось оставить свой пост после грандиозного скандала и публичных обвинений Израэля Зингера в воровстве своих денег.


В общем, надо признать, Гиффен умел заводить знакомых.


Новые связи — новая информация


После крушения СССР Джеймс Гиффен так и не смог закрепиться в России. Но он сумел найти себе новых друзей в руководстве Казахстана. И поток информации в спецслужбы США выходит на принципиально новый уровень. В частности, включает переписку Гиффена с Назарбаевым и даже записи из его телефонной книжки.


В списке документов, которые защита требует представить в качестве доказательства шпионажа Гиффена, упомянуты его доклады об уровне военной подготовки Казахстана, системах вооружения, мерах по обеспечению безопасности и особенностях борьбы с терроризмом. То есть Гиффен регулярно информирует своих американских «собеседников» о внутренней кухне внешнеполитической стратегии Казахстана.


Особенное значение для защиты имеет группа документов, в которых Гиффен подробно информирует спецслужбы США обо всех фактах коррупции в высших слоях Казахстана. Упомянуты и те из них, в которых Гиффен рассказывает о реакции руководства страны на начавшееся в Швейцарии и США расследование. Эти документы, по мнению защитников, должны доказать, что власти США были отлично информированы о том, что происходит в стране.


Гиффен, как упоминается в документах, представленных в суде, подробно описывал, как глава Казахстана лично настаивал на открытии секретных счетов, переводе туда денег и обеспечении режима секретности всей операции. Всю эту информацию Гиффен сразу передавал в Вашингтон.


Для того чтобы доказать, что эти сведения представляли ценность, адвокаты приводят описание одного из документов (сам документ остается секретным), в котором правительство США благодарит Гиффена за представленную информацию по Каспию и другим элементам энергетической стратегии Казахстана и характеризует представленные сведения как крайне важные. Там же говорится и о необходимости обеспечить защиту Гиффена от раскрытия из-за того, что источник предоставленной информации может быть легко вычислен.


Гиффен умело «продавал» американцам свою близость к президенту Казахстана, Фактически же он продавал им своего агента, который в свою очередь получал от Гиффена совершенно конкретные материальные блага. Ситуация выглядит крайне двусмысленно. Но именно так обычно и происходит, когда какие-то тайные политические интересы сочетаются с банальной корыстью.


История знает много примеров такого сочетания. Относительно недавно, во второй половине 80-х годов, в мире грохотал скандал «Ирангейт». Тогда выяснилось, что проводившиеся в тайне продажи израильских ракет Ирану и перевод вырученных денег на финансирование латино­американских «контрас» позволили незаконно обогатиться совершенно конкретным людям.


Интересно, представлял ли себе Первый секретарь ЦК КПСС Казахстана, что не пройдет и десяти лет, как он окажется в центре подобного скандала? Не иначе как в страшном сне.


Опасные последствия


Изучение досье «Казахгейта» позволило нам сделать крайне неприятное для нынешней власти Казахстана открытие.


Когда в США «волынят» «Казахгейт», они уже не пытаются таким образом сохранить свои отношения с властями Казахстана. Все что нужно и даже больше, чтобы скомпрометировать наших госчиновников, уже опубликовано в деле. В любой другой стране этого было бы более чем достаточно как минимум для начала независимого расследования.


Саботаж в США связан именно с тем, что никто в администрации не хочет нести ответственность за новый вариант «азефовщины» *.


Гиффен, судя по документам, действительно информировал о том, какие деньги и на какие счета он переводит. И он не был простым информатором, через руки которого проходили секретные платежки. Он фактически превратился в шефа тайной финансовой канцелярии Казахстана, по ходу сделав президента нашей страны своим информатором (!). Теперь уже понятно, что во время самого процесса защищать его будет просто некому.


* Для всех, кто знаком с историей Российской империи, описанная выше ситуация незамедлительно вызовет ассоциацию с так называемой азефовщиной, когда руководитель боевой организации партии эсеров был одновременно и агентом охранки и фактически информировал последнюю о своих собственных приготовлениях. Та история закончилась невероятным скандалом как для революционеров, так и для департамента полиции. В этой истории проиграли все: эсеры были вынуждены закрыть свою «боевку», департамент полиции был скомпрометирован, а сам Азеф скрывался в Германии.


Секретная часть «Казахгейта»


Заметим в скобках, что, несмотря на уже упомянутые процедуры, предохраняющие раскрытие государственных секретов в суде, в досье «Казхгейта» попали документы, в которых в общем виде описывается деятельность Гиффена в качестве шпиона.


«Чувствительная» для американцев информация в этих документах тщательно вымарана. Но вот то, что может представлять интерес для отечественного читателя, далеко не всегда. В частности, в описании тех документов, которые требует защита Гиффена, содержится описание той информации, которую Гиффен предоставлял американцам.


Правильность этих описаний подтверждается и письменными решениями, которые выносил судья Уильям Поли после знакомства с уже представленными в суд материалами.


...Закон об использовании в судах США засекреченных материалов — The Classified Information Procedures Act or (CIPA) — был принят в 1980 году специально для того, чтобы оградить суды от всевозможных вариантов шантажа со стороны подсудимых, которые, располагая государственной тайной, могли потребовать от обвинения прекращения преследования в обмен на неразглашение в суде гостайны, которая (предположительно) могла бы быть использована для защиты обвиняемого. Именно поэтому CIPA довольно жестко регулировал процедуру предъявления в суде подобного рода материалов.


Источник: Газета "Голос Республики" №17 (148) от 14 мая 2010 года

Статьи по теме

Это возврат активов или сделка с ворами?

Это возврат активов или сделка с ворами?

More details
Депутат требует запретить банкам, получившим помощь из Нацфонда, выплачивать дивиденды акционерам

Депутат требует запретить банкам, получившим помощь из Нацфонда, выплачивать дивиденды акционерам

More details
Эксперты Комитета против пыток высоко оценивают усовершенствование законодательства Казахстана

Эксперты Комитета против пыток высоко оценивают усовершенствование законодательства Казахстана

More details