Казахстанская оппозиция и проблема психологической усталости

Массовая поддержка населения остается недостижимой мечтой оппозиции в Казахстане. Не в силах набрать нужный политический вес и оставаясь небольшим хищником, оппозиция, чтобы не попасть в зубы крупного хищника (власти) действует еще и как вонючка.  Вот только отпугивает это в первую очередь электорат, который психологически устал и от власти, и от оппозиции.


«Оппозиция — это завтрашние реакционеры».

А. Декурсель

 

Из последних новостей на оппозиционном поле — это намерение партий ОСДП (Общенациональная социал-демократическая партия), Коммунистической партии и незарегистрированной партии «Алга!» объединиться в блок «За справедливый Казахстан» («ЗСК»). В этом блоке оппозиционеры с треском проиграли на президентских выборах 2005 года, выставив единого кандидата в лице Жармахана Туякбая (в настоящее время лидер ОСДП).

 

Сам г-н Туякбай о «ЗСК» образца 2005 года иного мнения и утверждает, что «оно сработало в полной мере». «Оно сработало и мы победили в 2005 году! Если у нас победу украли — о чем можно говорить? Другое дело, что мы не пошли на крайние меры протеста и не отстояли свою собственную победу», — заявил он на пресс-конференции, посвященной новому прочтению старого блока.

 

Парадокс ситуации в том, что в стране теперь есть объединенная оппозиция и необъединенная в лице партии «Азат». При этом партия «Азат», пожалуй, обладает самыми серьезными ресурсами (деньги, СМИ, организационные возможности) среди всех оппозиционных партий. Еще одна неожиданность: ОСДП и «Азат» вели переговоры по объединению в одну партию, и вроде бы находили взаимопонимание, а потом вдруг появился этот блок. Блоки вообще стали какой-то навязчивой идеей, потому что партии «Алга!» и КПК, кроме того, что готовятся вступить в блок «За справедливый Казахстан» находятся в блоке «Народовластие». А законодательство РК, вообще-то, запрещает идти на выборы избирательным блоком — предусмотрены только отдельные партии.

 

Политика в Казахстане продолжает носить сугубо внутриэлитный характер. Народ так и не стал субъектом политики, хотя появление новых озлобленных групп в лице обманутых дольщиков (участники долевого строительства), бесквартирных военнослужащих, проблемных заемщиков несколько добавило социального разнообразия.

 

Политическая оппозиция в реальности народа побаивается. Из-за этого она не может использовать такой мощный козырь как популизм. Оппозиция по определению может обещать то, что правительство не в состоянии выполнить. Но казахстанская оппозиция данную возможность игнорирует и не может набрать серьезной популярности в массах.

 

Информационный прорыв оппозиции к избирателю осложнен с одной стороны тем, что власть плотно контролирует телеканалы и радио (остаются только печатные СМИ и Интернет), а с другой — отсутствием оригинальных и прорывных идей, которые могли бы затронуть потенциальных сторонников и избирателей за живое. Вдобавок во власти и в оппозиции много лет мелькают одни и те же лица, что тоже ведет к психологической усталости населения и апатии. Государство против политической апатии населения ничего не имеет, поскольку ему так даже спокойнее.

 

Единственная категория граждан, которая растет из года в год — это абсентеисты. Они разочарованы как во власти, так и в оппозиции, чувствуют себя оказавшимися не в то время не в том месте. У абсентеистов никогда не бывает идей, зато они очень внимательно наблюдают за происходящим. Тот факт, что они не могут найти для себя ничего интересного на казахстанском политическом поле — говорит о многом.

 

Казахстан — это гибридная страна, в которой очень много восточных элементов. А на Востоке считаются только с силой. В этой связи очень показательная история, которую рассказал журналист Сергей Дуванов (его самого можно определить как оппозиционного абсентеиста). На одном из заседаний дискуссионного клуба «Политон» он сообщил о своей беседе с оппозиционеркой из Гондураса. Она не воспринимает политических оппонентов Нурсултана Назарбаева в качестве оппозиции.

 

Оппозиция — это отправка детей за границу (чтобы до них не добрались) и формирование боевых отрядов. Если оппозиция не может вывести своих сторонников на улицу или на лесные дороги — это уже не оппозиция. В этом плане казахстанской оппозиции до гондурасской также далеко, как пешком до Антарктиды.

 

Одно время оппозиция уповала на помощь с Запада, но западные политики поступили с ней достаточно цинично. Лобби транснациональных компаний, добывающих в Казахстане углеводороды, перебило лобби демократических институтов. Вдобавок работает «политика вовлечения». Вашингтон и Брюссель боятся оттолкнуть Астану, чтобы она не попала в крепкие объятия Москвы и Пекина, а потому закрывают глаза на недемократические действия властей в отношении оппозиции и независимых СМИ.

 

На оппозиционном поле ресурсов мало, тогда как амбициозных людей много. Из-за дефицита ресурсов там стабильно острая конкуренция, постоянно случаются склоки и выяснение отношений. Только боязнь стать еще слабее, заставляет оппозиционных лидеров в меру сил гасить внутренние скандалы.

 

Важная особенность казахстанской политики — взаимодействие различных групп во власти и оппозиции друг с другом. Получается, что в один клан могут входить силы как из правительственного лагеря, так и из оппозиционного, которые активно соперничают с конкурирующим кланом, имеющим аналогичный состав, но другие персоналии.

 

У оппозиции сложные возможности для пополнения рядов своих сторонников. Астана — это фактически чиновничий город. А для любого чиновника публичные симпатии к оппозиции — это конец карьере. Алматы — сильно дифференцированный и пестрый город. Оппозиция просто не имеет ресурсов, чтобы охватить много страт его жителей, а порой просто не имеет идей, которые бы им понравились. Еще хуже возможности оппозиционеров в провинции (а внутри провинции в сельской местности). Часто они просто не могут добраться куда-нибудь дальше областных центров просто физически, но главное — это местные органы власти. Правоохранительные органы и органы государственного управления там все жестко поделили и никаких оппозиционеров никто не ждет. А если они прибыли, то им однозначно не рады.

 

Власть с одной стороны привыкла к существованию оппозиции, а с другой доставляет ей неприятности чисто из соображений профилактики. Например, когда стал очевиден социально-экономический кризис, правящая элита увидела в оппозиции тех, кто может использовать его себе на пользу. В связи с этим против оппозиции провели серию умеренных судебных преследований, а также ослабили оппозиционные СМИ (с информационного поля удалена газета «Тасжарган»). Однако в итоге оппозиция оказалась настолько беспомощной в реализации протестного потенциала, что власти пока оставили ее в покое.

 

http://www.better.kz/ru/20090630/kazakhstani-opp...chological-fatigue-syndrome/

 

Алишер САГАДИЕВ

Better.kz

01 Jul 2009

 


Уйдут ли американцы из Афганистана на север?

Уйдут ли американцы из Афганистана на север?

More details
Мнение. Деспоты и харизматики

Мнение. Деспоты и харизматики

More details
Почему США хотят отменить поправку Джексона-Вэника в отношениях с Узбекистаном?

Почему США хотят отменить поправку Джексона-Вэника в отношениях с Узбекистаном?

More details