Неизбежность кризиса.

ВОЙНА ЗА РЕСУРСЫ, А НЕ ЗА ИДЕИ. Часть 1

Военные конфликты за доступ к энергоносителям ожидают нас уже в
недалеком будущем

НЕИЗБЕЖНОСТЬ КРИЗИСА

13 ноября 2008 года на Х-м круглом столе крупного бизнеса РФ и ЕС в
Канне глава компании Shell м-р Олилла, ссылаясь на доклад МАГАТЭ,
призвал всех готовиться к тому, что после финансового кризиса на мир
надвинется еще один тяжелый кризис – нефтегазовый. В 2015 году,
дескать, предложение углеводородов катастрофически отстанет от спроса.

Нынешний глобальный экономический кризис грозит затянуться на годы.
Одновременно с ним мы увидим и обострение кризиса классической
либеральной демократии. Но, увы, список сей действительно может
дополнить и третий кризис: обострение борьбы за месторождения
энергоносителей.

Более того, скрещенный с "авторитарной волной" в политике, он чреват
всплеском вполне "горячих" войн и новыми угрозами для русских.

Итак, если реальность завтрашнего дня – это мир, состоящий из
тоталитарных и авторитарных режимов, живущих в условиях жестокой
борьбы с системным кризисом капитализма, то что они будут в нем
делать?

Воевать! Ибо придется создавать новый мировой порядок вместо
нынешнего, "постсоветского", каковой ломается и трещит по всем швам
сегодня. Человечество беременно новым глобальным конфликтом. Не нужно
прятать голову в песок, подобно страусу: надо смело посмотреть правде
в глаза. Слишком много объективных причин вызрело для очередной
мировой бойни. Нынешний кризис на Западе – не более, чем мирная
передышка для нас. И не такой уж долгой она окажется, читатель.

Резон первый: всякий глобальный кризис, как правило, заканчивается
глобальной войной за переустройство и передел мира. Вспомним, как
Великая депрессия-1, начавшись в 1929-м, переросла во Вторую мировую.
Кризис 1973 года, едва не сделавший СССР победителем в Третьей мировой
("холодной") войне, был усилен иранской революцией 1979 года – и
привел к эскалации холодной битвы, завершившейся чудовищным разгромом
Союза. Сегодня все сильнее бушует Великая депрессия-2, и она имеет все
шансы завершиться новой войной, которая будет иметь свою специфику.
Она будет не такой "горячей", как Вторая мировая, но, увы, и не такой
периферийно-"холодной", как схватка 1946–1991 годов.

Резон второй: война всегда служила катализатором, "разгонщиком"
развития для преодоления кризиса. Она порождала гамму технологий,
нужных в послекризисной реальности. Военные заказы приводили к
финансированию самых "безумных" проектов, каковые приносили
головокружительные прорывы, расширяли границы человеческих
возможностей. Вот и нашим гипотетическим диктатурам потребуется
сильнейший стимулятор прогресса.

Третья причина – в самой природе диктатур. Ведь им нужно мобилизовать
собственное население с помощью внешней угрозы, упрочить свою власть с
помощью "экстрима", направить в нужно русло энергию самых
пассионарных. В этом смысле война – просто незаменимая штука. Она
нужна и для возможного сплочения младших союзников вокруг
гегемона-США.

Четвертая причина – экономикам гигантов-победителей понадобятся новые
территории для развертывания громадных инфраструктурных проектов. Ведь
нужно выстраивать новую экономическую реальность после нынешнего
кризиса.

Пятый резон – природно-климатические проблемы и вызванные ими волны
нового Великого переселения народов. Они сами по себе вызовут дикую
борьбу за ресурсы и земли, за нетронутые экосистемы и пресную воду.

Наконец, причина шестая: кризис нехватки углеводородных
энергоресурсов. Ее стоит выделить особо. Поскольку Запад так и не
нашел замену нефти и природному газу, а современная цивилизация так и
осталась "нефтяной", глобальный конфликт за источники углеводородов в
ближайшем будущем неизбежен.

Угроза войны, о которой мы писали в 1998-м, казавшаяся тогда не столь
уж близкой, теперь стала куда более реальной. Теперь она – на
горизонте. При РФ становится в этой войне объектом борьбы, желанной
добычей.

ВЕЛИКАЯ УГЛЕВОДОРОДНАЯ…

К началу XXI столетия мир снова резко разделился. Только теперь – не
на советский и западный блоки, а на тех, кто обладает запасами нефти и
газа, – и тех, кто их лишился или лишен. Самая богатая и развитая
часть Земли – США и Евросоюз, Япония и Южная Корея – остались без
своей ресурсной базы. Остро не хватает своих углеводородов бурно
развивающимся Китаю и Индии. А значит, неизбежны и острые конфликты за
ресурсы, и появление нового колониализма. Причем многие эксперты
считают, что борьба пойдет не только за нефть, но и за природный газ
(таков, к примеру, смысл книги "Глобальная энергетическая война",
написанной директором Фонда национальной энергетической безопасности
Константином Симоновым (2007 г.)

Уже сегодня рождаются теории о том, что мир устроен весьма
несправедливо. Что высокоразвитые цивилизованные страны, на долю коих
приходится 80% глобального промышленного производства, контролируют
лишь 20% мировых запасов углеводородов. Не сегодня-завтра появится
идеологическое обоснование "особой миссии" развитых стран, которые,
мол, должны получить (в интересах всего человечества, конечно же)
свободный доступ к энергоресурсам. Где? В РФ, Африке и Персидском
заливе. Страны – обладатели нефти и газа, если они вздумают
сопротивляться, обвинят в эгоизме и "энергетическом национализме"
("энерготерроризме"). Причем наравне с Западом в борьбу кинутся "новые
гиганты" – Китай и Индия (особенно если США начнут душить китайцев
высокими ценами на "черное золото").

"Крестовый поход" за энергоресурсами изобразят как "принесение
демократии в темные уголки Земли". В ряде случаев речь пойдет о
"международном контроле" за ресурсами. Особенно – в РФ.

ОБЪЕКТИВНЫЕ ПРЕДПОСЫЛКИ

И в самом деле: в Евросоюзе добыча нефти стремительно падает:
истощаются старые месторождения. На норвежском шельфе в 2006 году
объемы упали на 6,9%, в Дании – на 9,3%, в Северном море у англичан –
на 9%, в Румынии – на 8%. Энергетический голод в Евросоюзе усугубится
из-за скорого вывода из строя многих атомных станций.

Янки уже давно расконсервировали свои запасы и добывают нефть у себя:
не хватает! А потребляют США почти миллиард тонн "черного золота"
ежегодно. Но у них хотя бы под боком есть Канада с огромными запасами
нефтяных битумов в провинции Альберта, а вот у Европы, Индии, Китая –
ничего подобного не имеется.

Еще хуже дела обстоят с природным газом. Основные разведанные запасы
такового – у РФ (26,3%), Ирана (15,5%), у Катара (14%) и у Саудовского
королевства (3,9%). В Латинской Америке газа мало (3,8%), причем самые
большие запасы – у Венесуэлы. В Европе газодобыча угасает, а у Алжира
– лишь 2,5% мировых запасов. В Юго-Восточной Азии с "голубым топливом"
очень плохо. В этой ситуации нам, очевидно, нужно готовиться к
попыткам завладеть нашими газовыми богатствами.

К 2030 году зависимость ЕС от импорта углеводородов вырастет с 57% до
65%. Особенно тяжелой будет зависимость по нефти (93%), по газу – 84%.
США вынуждены были импортировать в 2006 году 671 млн тонн нефти.
Японцы импортируют весь потребляемый газ, а также нефть – 256,4 млн
тонн в 2006-м. Китаю тоже нужно много нефти и газа, у него уже и угля
своего не хватает: приходится закупать за границей.

Максим Калашников
РПМонитор
20 Nov 2008

Экономика События и мнения Политический процесс Коррупция! Extra АРХИВ