Когда мы будем пить наше молоко из наших холодильников?

– Вот вы говорите – индустриально-инновационное развитие?
– Я говорю?

– Ну хорошо, не вы говорите, я говорю. А ведь для того, чтобы рассуждать об индустриальном развитии, надо прежде всего посмотреть на себя, взглянуть в зеркало и спросить: что из того, что надето на мне, является отечественным продуктом?

А ничего, потому что ничего из того, что мы носим и почти ничего из того, что мы едим, не является продукцией, произведенной в Казахстане.
****

На днях мне довелось прогуляться по одному из гипермаркетов города. Как раз в канун своего дня рождения решил прикупить продуктов. Глядя на полки с продуктами, среди которых было изобилие всевозможных яств, почти незамеченными остались продукты отечественного производства. Большинство полок, особенно в центральной части, содержали импортные товары, в основном продукцию мировых брендов.

Конечно, настроение от этого не поднималось. Хотелось увидеть продукты местного производства. Но почти ничего такого не было. И это в стране, объявившей политику по импортозамещению и экспортной ориентации.

Отсутствие базы

А теперь давайте порассуждаем здраво. Для перехода в фазу развития наукоемкой продукции мы в первую очередь должны понимать, что подобный переход возможен лишь тогда, когда есть для этого все предпосылки, а точнее – база и внутренний спрос.

Решая задачу перехода к экспортно ориентированной экономике, мы подразумеваем производство уникальной высокотехнологичной продукции, будь то компьютерные технологии или телекоммуникации. Несомненно, все эти экономические приоритеты важны, и в будущем они будут способны вывести государство на мировую арену. Но что у нас для этого есть?

Для создания конкурентоспособной, ориентированной на экспорт продукции необходима научно-техническая база, высококвалифицированные кадры, соответствующие учебные заведения для подготовки таких кадров, а также целесообразность и конкурентоспособная цена.

Теперь посмотрим, что у нас есть? Научно-техническая база, оставленная нам в наследство от советского прошлого, находится в полуразрушенном состоянии. Прежние НИИ, а точнее помещения, в которых проводились научные разработки, сданы в аренду. Со времен разрухи, а таковыми можно считать 90-е годы, все основные исследования были заморожены, и даже если сейчас начать реанимировать их, то они уже морально устарели и не имеют прикладного эффекта в глобальной мировой экономике. Кадры, оставшиеся со времен советской науки, морально устарели и многие уже давно трудятся в других сферах. Из этого следует, что научно-технической базы у нас практически нет. Все прежние разработки размораживать нет смысла. Многие конкурентоспособные ученые разъехались. То есть технических условий для создания уникальной продукции, с которой мы могли бы выйти на мировую арену, у нас нет. К месту можно вспомнить и последние инициативы по реформированию Академии наук с попыткой присоединить здания и мозги к коммерческим учебным заведениям.

Допустим, что помещения будут возвращены, в счет излишков от продажи нефти мы сможем переоборудовать здания. Теперь о новых кадрах и системе подготовки. Со времени развала Союза в стране новых учебных заведений, аналогичных КазГУ, Политеху не появилось. В прежних институтах, оставшихся с советского периода, многие дисциплины просто исчезли. Для появления новых учебных заведений государственного уровня необходимо финансирование. Все 16 лет в основном внедрялись экономические и юридические специальности. К тому же нельзя забывать и о коррупции, которая не способствует появлению мощных специалистов. То есть, для создания новых кадров потребуется системное преобразование в области подготовки кадров, создание новых специализированных вузов, условия для обучения и многое-многое другое.

Разумный подход

Вопросы технологического прорыва остается решать только за счет приобретения уже имеющихся лицензий мировых производителей, а также приглашения специалистов из-за рубежа для создания предприятий. Но это уже не уникальное производство, а просто самое обычное сборочно-отверточное производство, коих по миру тьма-тьмущая.

И даже не это самое главное. Самыми главными остаются спрос и себестоимость продукции. Говоря о спросе, имеем в виду спрос стран-импортеров, способных приобретать продукцию. Есть ли этот спрос? Конечно, есть. Но есть и обеспечение спроса. Все мы знаем, что традиционными мировыми производителями техники и электронного оборудования, обеспечивающими мировые потребности, являются страны азиатско-тихоокеанского региона.

В отличие от нас, их старшие братья, в первую очередь Япония, помогли, дав мощный толчок в виде инвестиций, а также в виде предоставления технологий, способных производить данную продукцию. Сегодня такие страны, как Тайвань, Таиланд, Индонезия, Мексика, Филиппины, Корея и Китай, снабжают весь мир произведенной продукцией.

И тут схема проста. Япония, мировой научно-технологический центр, давший миру такие уникальные бренды, как Sony, Panasonic, Toshiba, Casio и т.д., в свое время оказала мощную поддержку своим бывшим странам-колониям в виде инвестиций и лицензий на право производства. Теперь почти все страны, за исключением, возможно, Южной Кореи, выпускают продукцию по японской лицензии. Научно-технические институты разрабатывают в своих лабораториях новые технологии и производят их на заводах, размещенных в Малайзии или на Тайване. В итоге все довольны. Каждый получает свой процент.

Японцы продают лицензию, другие страны – саму продукцию. И этому процессу уже немало лет. Данная экономическая политика уже несколько десятилетий внедрена и успешно реализована. Это позже некоторые такие страны, как Южная Корея, стали параллельно развивать и свою промышленную стратегию, приближенную к японской, и по их принципу создавать производств своих же брендов по всему миру. В том числе и у нас завод LG. Одним словом, для создания условий по развитию лицензионного производства нам нужен покровитель или партнер. Но будет ли это делать Япония, не понимающая перспективы создания подобного рода предприятий здесь. Во-первых, численность невелика, в результате чего нет перспективы внутреннего спроса, а во-вторых, за счет наличия природных ресурсов высока и себестоимость продукции. Имеется в виду, что в некоторых регионах Китая рабочая сила стоит от 6 долларов и выше за месяц.

Получается, что у нас есть два выхода стать прорывной страной в индустриально-инновационном развитии. Во-первых, мы должны иметь мощную научную базу, чтобы создавать свою уникальную продукцию под собственной маркой. Возможно, технологические державы, заинтересовавшись в нас, дали бы нам такую возможность. Однако перспективы ни того, ни другого у нас пока нет.

Но это совсем не значит, что это плохо, все потеряно и быть нам до конца дней страной, производящей только природные ресурсы.

Как уже было сказано в прежних публикациях, экономического чуда можно достигнуть и другим путем. Например, ОАЭ ничего не производят, кругом одни пески, летом 60 градусов, а страна тянет к себе всю экономику мира, строит города на воде и при этом богата на природные ресурсы, доход от которых составляет около 10% общего совокупного дохода. Все остальное – туризм, транзит и роль мирового центра продаж.

А где наша продукция?

Возвращаясь к экономике нашей страны, отмечу, что не случайно начал с обхода гипермаркета, в котором процентов 10 от силы составляет отечественная продукция. Все же остальное является импортом.

Не правильней ли свернуть промышленную политику от погружения в мечты стать Силиконовой долиной Центральной Азии в пользу реальной экономики для создания готовой продукции, способной обеспечить внутренний спрос и стать конкурентоспособной для стран-соседей. А для этого необходима целая система, которая в корне пересмотрит все имеющиеся нормы на сегодняшний день. Конечно, объем статьи не позволяет познакомить читателя со всеми возможными вариантами решения, однако стоит остановиться на очень важных, можно сказать, критичных моментах этой политики.

До распада Союза страна традиционно славилась своим агросектором – это сельское хозяйство и животноводство. За годы независимости животноводство оказалось выброшенным за борт настолько, что уже сегодня есть риск потери его как отрасли.

Проходя мимо полок с молочной продукцией, мне удалось увидеть лишь знаменитые российские бренды, широко рекламируемые в прессе. Совсем кажутся бедными казахстанские марки, которые можно пересчитать по пальцам. Вспоминая свое пребывание в зарубежных гипермаркетах, могу отметить наличие до 100 видов брендов молочной продукции. Причем в этих странах животноводство далеко не являлось традиционным видом деятельности.

Если представить, что для создания совокупного спроса нам нужна отечественная продукция, способная обеспечить внутренний спрос, возникает вопрос: почему этого не происходит. К сожалению, некоторые глупцы наивно считают это виной нашей предпринимательской пассивности. Можно доказать обратное, приводя пример опыт других стран в решении этой задачи (Италия, Турция, Греция).

Но лучше остановиться на этом более подробно.

Сегодня агропромышленная отрасль оставлена за бортом в процессе увлечения другими проектами, хотя именно продукты питания являются первой необходимостью.

Что для этого нужно и почему сегодня нет условий для саморазвития данной отрасли?

Сегодня отечественному производителю, особенно мясо-молочной продукции, необходимы льготы и субсидии. Но начинать надо с абсолютной либерализации этой отрасли. Причем давать свободу не действующим гигантам-монополистам, а мелким производителям, находящимся на стадии зарождения. Давать им полную отмену какой-либо уплаты налогов. И начинать это нужно не везде, а с регионов, где данный вид деятельности является традиционным и рентабельным (а это южные регионы, включая Алматинскую область, Тараз и ЮКО). Там плодородные земли, высокая популяция и совокупный спрос. При этом параллельно ужесточать тарифную политику в отношении импорта и только в китайском направлении. Но проводить ее постепенно, из года в год повышать тарифы на ввоз сельскохозяйственной продукции. Конечно, это противоречит принципам свободной торговли.

Ну и что? Во-первых, мы не члены ВТО, и не дай бог нам ими когда-нибудь стать. Во-вторых, пусть уж лучше, покупая свое молоко и йогурты, я тем самым буду помогать своим соотечественникам, кредитуя их и давая им возможность зарабатывать, создавая замкнутый круг.

И поэтому здесь важна роль государства, желающего реально помочь своему народу в его развитии. Со временем протекционизм должен применяться и во всех других отраслях назло апологетам свободной торговли, которая придумана для продвижения продукции мировых ТНК.

Льготы для наших

Кредитная политика, а именно система кредитования, должна быть запущена во все сферы. Национальному банку, а также другим регулирующим органам, создать условия, при которых банки второго уровня будут обязаны кредитовать сельское хозяйство по заниженному процессу. Это тоже противоречит логике свободной и рыночной экономики, но зато не противоречит здравому смыслу. Куда лучше создавать реальное производство и реальную продукцию, чем загонять государство в долги.

Государство же должно активизировать деятельность по микрокредитованию сельской отрасли реально, а не номинально, как это было сделано до сегодняшних дней по схеме: кредит между своими под неликвидный залог, – в итоге все разворовано. Вот почему этим должны заниматься именно частные коммерческие банки, которые вряд ли будут заинтересованы в подобных схемах, но с учетом жесткого надзора государства.

И рекламная политика, которая тоже играет немаловажную роль в формировании культуры потребления товаров отечественного производителя. Рекламная политика, особенно в области электронных СМИ, должна быть льготной для отечественных производителей. Всем известно, почему центральные полки магазинов отданы продукции зарубежных предприятий. В любом магазине вы увидите только холодильники с представлением иностранного бренда. Потому что все выкупается, а отсутствие равных условий не дает возможности конкурировать с заграничной продукцией. Увы, люди есть люди. К сожалению, многие падки не на то, что качественно и безопасно, а на то, что модно, популярно, у всех на виду.

Поэтому продукция отечественных производителей вынуждена валяться на полу, а иностранная – быть в самом центре. Конечно, заставить хозяев рамсторов-гросов быть патриотами невозможно. Но если государство обяжет продавать своим в полцены или не облагать их за это налогом, то оно сделает реальный шаг навстречу своему народу.

В свое время великий Махатма Ганди одевался в традиционные индийские одеяния только для того, чтобы все остальные последовали ему и тем самым дали стимул отечественной текстильной промышленности. Ведь всем известно, что первые лица являются законодателями моды.

И еще. Необходимо тесно сотрудничать с государствами, решившими проблему с созданием местного производства, в первую очередь, с Турцией, обладающей технологиями и желанием производить. Дать им свободу для создания мини- и крупных производств.

Говоря о разделении труда, можно смело сказать, что Казахстан вполне способен занять нишу менеджмента, предоставив возможность внедрения технологий Турции, рабочую силу из Кыргызстана, ресурсы из Узбекистана и быть арбитром в вопросах финансов, логистики и управления.

При наличии относительно недорогой рабочей силы из Кыргызстана, хлопкового сырья из Узбекистана с использованием турецких технологий, можно было претендовать на роль текстильного центра всего бывшего постсоветского пространства.

Но самое главное во всем этом то, что, создавая сотни и тысячи отечественных предприятий, мы образуем тем самым и конкурентную среду между ними, что неминуемо подведет к избытку реальной готовой продукции, к снижению цены, которая приведет к остановке инфляции и ликвидации проблемы с бедностью. Пойдет ли на это государство или по-прежнему будет мечтать о том, что, не научившись шагать, сможет войти в «полтинник» самых лучших за счет продажи остатков кладовых наших с вами недр? Вопрос, что называется, риторический.

Алмас КУШЕРБАЕВ, экономист

ЧТО ГОВОРЯТ ЭКСПЕРТЫ

Наиболее тревожная ситуация наблюдается в Казахстане. По прогнозам, существующий кризис ликвидности и ухудшение платежного баланса приведут к ослаблению курса тенге в 2008 году, хотя в последние годы тенге укреплялся. Эксперты считают, что местная валюта может опуститься к концу 2008-го до 148 тенге за доллар, а к 2010-му до 163.

Многие уверены, что в стране сохранится риск сильного валютного кризиса в 2008 году, если НБК будет по-прежнему придерживаться жесткой привязки тенге к доллару. Более того, без поддержки платежного баланса властями любые попытки Казахстана фиксировать курс тенге приведут к резкому сокращению золотовалютных резервов страны и в конечном итоге к сильному падению курса национальной валюты.

А у нас – тишина

Президент США Джордж Буш в очередной раз признал, что американская экономика демонстрирует серьезные признаки ослабления. «Безусловно, мы видим тревожные симптомы ослабления экономики, и нам необходимо что-то с этим делать», – заявил глава Белого дома. В частности, отметил американский лидер, одним из таких симптомов стали последние статистические данные по росту числа новых рабочих мест в экономике страны в январе 2008 г. Как заметил президент, отрицательный прирост этого показателя был зафиксирован впервые за 4 года, – передает Associated Press.

Для оздоровления национальной экономики президент 19 января предложил снизить налоговую нагрузку американских налогоплательщиков и представителей малого и среднего бизнеса на 150 млрд. долл., или 1% от годового ВВП США. Предложенный пакет мер, который окрестили «планом Буша», прошел с незначительными поправками голосование в палате представителей и сейчас находится на рассмотрении сената. Администрация США надеется, что граждане страны смогут воспользоваться налоговыми льготами уже в мае.

«Тасжарган» № 4 (81)
08 Feb 2008

Экономика События и мнения Политический процесс Коррупция! Extra АРХИВ