Зачем Гиффен собрался в Казахстан?

nan_gif«Никчемному парламенту деньги доверять нельзя», – примерно так, по словам Джеймса Гиффена, оправдывали свое решение руководители Казахстана в 90‑х годах, когда просили его размещать деньги на зарубежных счетах. Это второе по счету сенсационное признание бывший советник президента Назарбаева тоже сделал в интервью агентству Bloomberg.


О первой «сенсации» от Гиффена мы рассказали в прошлом номере. Речь шла о том, что его расходы на адвокатов в ходе судебного процесса по «Казахгейту» оплачивали власти Казахстана. Мы также писали, что Гиффен строит планы вернуться в Казахстан, дабы помочь «Ак орде» урегулировать процесс по Кашагану.


Ну а почему бы и нет? Подумаешь, что суд признал его фактически американским шпионом. Сегодня он чувствует себя победителем, ведь на последнем судебном заседании по делу, которое длилось более семи лет, судья не просто снял с него большую часть обвинений, но и назвал его настоящим американским героем, который верой и правдой служил Америке.


«Судья знает, что говорит», — заявляет Джеймс Гиффен. А его адвокат Вильям Шварц, также давший комментарии Bloomberg, уверен, что это заявление судья сделал после того, как смог познакомиться с секретными материалами, которые требовала обнародовать защита и которые так и не решились представить ЦРУ.


«Был ли огорчен, когда это все случилось? - говорит Гиффен журналисту Bloomberg. - Конечно, да. Сделал бы это я еще раз? Конечно. Ведь то, что мы делали, было крайне важно». Надо понимать, важно для США.


Гиффен считает, что стал жертвой «выборочного правосудия» после того, как Нурсултан Назарбаев в 2000 году предъявил претензии тогдашнему госсекретарю за критику сделки по продаже Казахстаном истребителей в Северную Корею.

Напомним, кстати, что информацию об этой сделке властям США передал сам Джеймс Гиффен. «Вы должны задаться вопросом, кому было выгодно это расследование», - предлагает он журналисту Bloomberg. Но сам предпочитает не предлагать своей версии.


«На протяжении всех тридцати лет моей работы никто из представителей властей США не говорил мне, что я делаю что-то не так, ни разу», — с обидой говорит бывший советник президента Назарбаева.


Он благодарен властям Казахстана, которые пришли ему на помощь и оказывали поддержку вплоть до 2005 года (хотя все время категорически отрицали этот факт). И поэтому сегодня Гиффен готов вернуться в Казахстан, чтобы продолжить свою «работу». «Ведь разведка и энергетическая политика сходятся!» — уверен он.


В недавно обнародованном докладе-расследовании схем поставок топлива для американского центра транзитных перевозок с интригующем названием «Тайна «Манаса» американские эксперты пришли к выводу, что в отношениях между подрядчиками Пентагона и властями Кыргызстана имели место элементы коррупции.


Это заключение вряд ли можно считать открытием. Куда более важным выглядит другой вывод конгрессменов. По их оценке, узнав о том, что продаваемое в гражданских целях без экспортных пошлин горючее из России поступало на самом деле на военную базу США, русские просто ввели пошлину. Это решение и стало, по мнению авторов доклада, отправной точкой для революции в стране.


Вот такое очередное дело в Центральной Азии, где политика и коррупция переплелись настолько тесно, что обычному суду разобраться непросто. Тем более что у защитников будет прекрасная модель, которая уже была опробована в деле Джеймса Гиффена.


Серые схемы «гейтов»


Главным инструментом защиты в деле Гиффена, как известно, оказался graymail — «серый шантаж». Использование этой стратегии предполагает объявить обвиняемого работавшим не в личных, а в государственных интересах и потребовать представить в суд для защиты обвиняемого документы, которые содержат государственную тайну. Именно по этому сценарию и развивались события во время «Казахгейта».


Расчет защитников состоит в том, что спецслужбы, от которых требуются эти документы, на сотрудничество с прокуратурой не пойдут и защита сможет развалить дело в суде.


Адвокат Вильям Шварц сумел использовать механизм «серого шантажа» на полную катушку. Дело затягивалось, и в результате аргумент о том, что Гиффен являлся агентом ЦРУ, стал рассматриваться многочисленными наблюдателями всего лишь как юридическая уловка. Между тем это заключение весьма и весьма поверхностное. Для этого надо внимательнее проанализировать историю использования этой стратегии.


Своего совершенства стратегия достигла в другом «гейте» — «Ирангейте», известном также, как «Иран-контрас». В 1986 году миру стало известно о весьма странном бизнесе, который организовало руководство Национального совета по безопасности США, — поставках ракет в Иран в адрес «умеренных» представителей руководства страны в обмен на освобождение заложников в Иране.


Поставками занимались представители Израиля, а деньги, которые выплачивались за ракеты и другую технику, затем отмывались и частично оправлялись на финансирование «контрас» — вооруженной оппозиции, которая вела войну против правящего режима в Никарагуа. «Частично» в данном случае — ключевое слово, так как значительная часть средств по дороге была банально присвоена участниками этого бизнеса. Но в итоге громкий публичный скандал удалось спустить на тормозах благодаря использованию уже упомянутой техники greymail.


Как видим, в «Ирангейте» также была изрядная коррупционная составляющая. Однако это вовсе не означает, что «Ирангейт» был «просто» бизнесом. Это была политическая игра на грани фола. Ситуация в Центральной Азии в целом и на Каспии в частности в 90‑х годах мало чем отличалась по своей сложности от ближневосточной интриги в 80‑х годах. Именно поэтому основными операторами стали весьма специфические личности типа Джеймса Гиффена.


«В тот момент в Вашингтоне все слушали Гиффена, - вспоминает Роберт Баер, бывший оперативник ЦРУ, автор книги «Не видя зла», по которой и был снят фильм «Сириана» (именно этот фильм сделал Гиффена популярным персонажем и дал ему прозвище «Мистер Казахстан»), - никто из персонала посольства не мог дать такой точной информации о том, что происходит в стране». Другими словами, Гиффен был отличным информатором, и вовсе не своего работодателя — президента Казахстана. Но не только информатором.


Завели рака за камень


Джеймс Гиффен, будучи советником президента и официальным представителем Казахстана на всех международных переговорах, одновременно представлял интересы своей частной компании Mercator. Согласно обвинению, между Mercator и правительством Казахстана был заключен договор, согласно которому компания получала фиксированные комиссионные по каждому заключенному с ее участием контракту.


Отметим одно весьма важное обстоятельство. Если обвинения непосредственно против Гиффена были сняты, собственно компания Mercator была все-таки признана виновной в выплате взяток и выплатила штраф в размере $32 тысячи. Если следовать букве закона в заключенной между Гиффеном и судом сделке, то Mercator самостоятельно принял решение и заплатил взятку. Получается какая-то виртуальная реальность.


Но если говорить о сути происходящего, то вполне понятно, что юридические лица сами сделки не заключают, комиссионные не платят и тем более взяток не получают. В обычной жизни за корпоративные грехи всегда расплачиваются те, кто этими корпорациями управляет. В случае с «Казахгейтом» никаких других имен, кроме Гиффена, в качестве управляющих «Меркатором» не называлось.


И тем не менее Гиффен в уплате взяток признан не был. Вот такая получилась странная история. Сумма штрафа, назначенная к выплате «Меркатором», конечно, удивляет, но она в любом случае не могла поразить воображение, учитывая размеры заключенных «каспийских» сделок. Американское правосудие даже в высших политических интересах не могло проигнорировать вопиющие факты. Просто сделало это таким изящным образом.


А если добавить к этому еще обвинения в двух подаренных снегоходах, то общая картина, «нарисованная» в решении нью-йоркского суда, становится еще более обидной. Получилось, что вся каспийская нефть ушла за мелкие взятки. Гиффен в этой ситуации выглядит действительно куда круче, чем его кинотезка Джеймс Бонд.


Зачем парламенту знать?


Защитники Гиффена, как пишет агентство Bloomberg, считают, что оставленные на Западе деньги за контракты таким образом просто выводились из-под контроля «никчемного парламента». Это признание само по себе удивительное, так как фактически признает незаконность этих действий, даже если принять это обоснование за чистую монету.


Нынче у нас парламент действительно «кчемный» и лишних вопросов задавать не будет. Но означает ли это, что «Ак орда» готова ему доверить решение, как делить самые выгодные «инвестиционные деньги»? Вовсе нет. Просто теперь у нас вместо оффшорных счетов президента и его окружения есть такой важный финансовый инструмент, как фонд «Самрук-Казына».


Несмотря на все благостные идеи относительно вкладывания этих средств в построение светлого будущего, в реальности де-факто выведенные из-под какого-никакого общественного контроля деньги сегодня используются для решения весьма специфических проблем. Например, принудительного перераспределения активов внутри страны в интересах конкретных частных лиц. Как видим, дело Гиффена не только живет, оно оказалось поднятым на новую небывалую высоту. Так что нет ничего удивительного, что консультант готов вернуться в Казахстан. Здесь его хорошо понимают.


Гиффен не скрывает, что основной его интерес связан с перспективами начала разработки Кашагана — крупнейшего из каспийских месторождений. Можно даже предположить, что этот интерес носит вполне материальный характер.


Гиффен говорит, что его волнует затягивание сроков ввода этого месторождения в действие, и этот вопрос, надо признать, волнует не только его. Больше всего он беспокоит тех, кто строил трубу Баку — Тбилиси — Джейхан — еще один политический проект с «элементами бизнеса». Предполагалось, что именно по ней должна пойти «большая нефть», но, судя по всему, Россия сделала все что могла, чтобы не допустить этого.


В этой ситуации возвращение на политическую авансцену еще одного испытанного героя «холодной войны» (определение, данное Гиффену судьей Вильямом Поли в его заключительном выступлении) может снова переформатировать ситуацию в регионе. И тогда решение юридических аспектов «Казахгейта» окончательно перейдет в политическую плоскость. Ничего личного — только бизнес.


Мелкие услуги за большие контракты


«У Гиффена была манера — подарки давать», - вспоминает Станислав Меньшиков, который работал в 80-х годах советником в международном отделе ЦК КПСС. Меньшикову Гиффен привез в подарок справочники компании «Мудиз», которые стоили «под тысячу долларов».


По тем временам это была большая сумма, выплатить которую консультант не мог. «Об этом не было и речи, - вспоминает он сегодня, - в другой раз он решил подарить мне электронные шахматы, ну как это рассматривать, как взятку? Ну, я ничего ему взамен не давал, считать, что он меня тем самым подкупал, было бы, наверное, неправильно, но и отказываться от электронных шахмат как-то неудобно».


История со снегоходами как нельзя лучше вписывается в общую стратегию Гиффена. Напомним, что в начале «славных дел» один из соискателей каспийской нефти Джек Гринберг долго и мучительно согласовывал со своим адвокатом, может ли он приобрести для Нурсултана Назарбаева понравившиеся тому ботинки. Для Гиффена таких вопросов не возникало. В результате Гринберг из переговоров о «большой нефти» был выключен, а Гиффен стал доверенным лицом.


Понятно, что при заключении сделок суммы подарков увеличивались многократно, но на фоне их масштаба и общего геополитического значения они все равно оказывались мелкими подачками.


Источник: Газета "Голос Республики" №45 (176) от 24 декабря 2010 года

Обещания «открытости» в закрытом режиме. Токаев, мажилис, первая сессия

Обещания «открытости» в закрытом режиме. Токаев, мажилис, первая сессия

More details
Ханы с краю

Ханы с краю

More details
«Токаев — молоток в руках Назарбаева». Кажегельдин — о выборах и протестах

«Токаев — молоток в руках Назарбаева». Кажегельдин — о выборах и протестах

More details